ПОЛУЧИТЬ КОНСУЛЬТАЦИЮ
Отправьте свой вопрос или укажите номер телефона и мы вам перезвоним:
Представитель приемной комиссии перезвонит в течение часа в рабочее время

* Отправляя свои контактные данные, вы соглашаетесь на обработку персональных данных и получение email-сообщений от Высшей школы «Среда обучения»

образовательный проект «ИСТОРИЯ РОССИЙСКОГО СОВРЕМЕННОГО ИСКУССТВА в ДЕЙСТВУЮЩИХ ЛИЦАх»
МАНИФЕСТ
Принято считать, что в России все так, как есть, в том числе потому, что здесь не знают своей истории. Если же мы посмотрим на сектор актуальной культуры, то выяснится, что помнить, собственно, нечего. История отечественных экспериментальных художественных практик ХХ-го века до сих пор не написана.

Почти все, что мы знаем под именем российского современного искусства, было некогда создано за рубежом и лишь позже в более или менее отрефлексированном виде воспринято на родине. И если о «Черном квадрате» имеет свое мнение почти каждый, включая президента, то об иконических произведениях второй половины прошлого века знает лишь узкий круг профессионалов.

И пока в главных музеях мира открываются ретроспективы мастеров московского концептуализма, искусства, сформировавшегося в 1970—1980-е, в самой Москве продолжают спорить о том, можно ли называть Казимира Малевича художником. Да, последняя декада ознаменовалась появлением ряда резонансных, политически ориентированных перформансов, о которых тоже не высказался только ленивый. Однако высказывания эти ограничиваются средним уровнем досужих трамвайных разговоров в стиле «кто виноват?» и «что делать?».

Несколько лет назад на русском языке вышла важнейшая для мировой истории искусства книга. Речь — об объемном фолианте «Искусство от 1900 года. Модернизм, антимодернизм, постмодернизм», созданном редакцией влиятельнейшего американского журнала October.

При ознакомлении с содержанием книги выясняется, что присутствие отечественного искусства в мировой истории ограничивается небольшим списком имен, ассоциируемых с историческим авангардом и событием, сделавшим его возможным — «Великим Октябрем». О существовании того же московского концептуализма или постперестроечного акционизма можно узнать лишь из «заметок на полях». Все, что между и после — тайна, покрытая мраком.

Другими словами, «простые люди» — крупный чиновник или бабушка на лавочке — знают о российском искусстве не больше, чем скромная группа узко-специализированных интеллектуалов.

Попытки написать историю отечественного искусства второй половины ХХ-го века, безусловно, предпринимались. Но речь идет о единичных авторских высказываниях, которые лишь наметили общие контуры, не придя к консенсусу даже по основным вопросам из того, что надо знать наверняка. Выставочные проекты, ставившие целью продемонстрировать межпоколенческую преемственность инновативных художественных практик в России, зачастую вместо этого обнажали полное отсутствие связей. Даже профессионалы своего дела не всегда знают или не видят смысла знать о том, что важного было сделано еще 10−15 лет назад.

Видимо, поговорка «нет пророка в своем отечестве» остается верной при любых обстоятельствах. И для того, чтобы ощутить себя частью истории, нам нужны глаза наблюдателей, расположенных где-то в стеклянных башнях из слоновой кости. И только после их пересказа мы поймем, что же было значимо, а что нет. Или же должно пройти еще 100 лет — как произошло в случае с выставкой «0,10» — для того, чтобы можно было с уверенностью утверждать, что случилось что-то действительно стоящее для размещения в музее и записи в учебнике искусства.

Мы, организаторы программы «История российского современного искусства в действующих лицах», не согласны с таким положением дел. К чему ждать наступления следующего века лишь для того, чтобы технологии наконец-то дали нам возможность воскрешения гениев прошлого? И чтобы мы смогли найти, с кем поговорить и у кого учиться? Или ждать, когда выйдет очередной перевод западных исследований о том, что даже в сносимых сегодня «хрущевках» некогда выставлялось искусство мирового уровня?..

Не проще ли воспользоваться удивительным свойством современности и осознать, что рядом с нами прямо сейчас живут и работают те, кто составляет часть пусть пока не написанной истории отечественного искусства? А может быть, мы, сначала как наблюдатели, а далее и как потенциальные участники художественного процесса, сможем осознать себя его частью?

Это куда проще, чем кажется. По сути, современное искусство состоит из художников, кураторов, критиков/теоретиков и профессиональных зрителей, которые часто становятся коллекционерами. В каждом из этих сегментов уже сегодня есть важнейшие деятели, на которых стоит ориентироваться, и чьи имена через некоторое время заполнят страницы учебников. Да, пусть пока речь идет не о материке современного искусства, а скорее, об архипелаге, где каждый остров может спорить с другим или делать вид, что ничего о нем знает. Но не из такого же ли многоголосия возникло некогда искусство в античной Греции?

Возможно, и не стоит сводить все к одной большой истории. Ведь и современность тоже, скорее представляет из себя только часть ее. И если так, то создание образа истории российского современного искусства становится само по себе интереснейшей творческой задачей. Вполне достойной свободного и мыслящего человека начала XXI-го века. Со своей стороны, мы готовы помочь с постановкой этой задачи и познакомить с инструментами её решения. А уж если вам будет интересно пойти дальше и приступить к созданию собственных образов, стать одним из этих действующих лиц, мы окажем вам в этом полное содействие!

Дмитрий Врубель, Арсений Жиляев
КУРАТОРЫ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ПРОЕКТА
Дмитрий Врубель
Художник
В 1986 году основал квартирную «Галерею Врубеля», которая успешно функционировала вплоть до 1996 года.

В 1990 году, оказавшись в Берлине, участвовал в разрисовке фрагментов Берлинской стены и всего за неделю создал граффити «Берлинский поцелуй», которое стало одним из самых узнаваемых символов эпохи воссоединения Германии. В 2009 году во время реставрации остатков стены все граффити, включая «Братский поцелуй» и «Спасибо, Андрей Сахаров», были уничтожены, и художник восстанавливал свои работы около месяца.

С 1993 года член Союза художников Берлина.

С 1995 года работает совместно с Викторией Тимофеевой. Врубель и Тимофеева создали более 20 совместных проектов, среди которых —«Дневник художника», календарь «12 настроений президента», проект ЦУМ (Центральный универсальный музей), выставки «Портрет эпохи», «2007», «Евангельский проект», «Война в моей голове» и другие. В начале 2013 года основали в Берлине «Открытую мастерскую художников Врубеля и Тимофеевой» (совместно с PANDA-Theater).

Учился на художественно-графическом факультете Московского педагогического института им. Ленина. С 1993 года член Союза художников Берлина.

Работы находятся в собраниях Государственной Третьяковской галереи, Государственного центра современного искусства, Берлинской национальной галереи, East Side Gallery (Берлин), в коллекциях П. Новицкого (Варшава, Польша), W. Wittrok (Дюссельдорф, Германия), P. Sprovieri (Рим, Италия).

Арсений Жиляев
Художник, теоретик искусства и куратор
В своем творчестве Арсений Жиляев обращается к осмыслению наследия советской музеологии и эстетике русского космизма. Окончил факультет философии и психологии Воронежского государственного университета (2006), Институт проблем современного искусства (Москва, 2008), Школу изящных искусств Валанд (Гётеборг, Швеция, 2010).

Печатается в журналах e-flux journal (Нью Йорк), Idea (Бухарест), Colta.ru (Москва), Искусствознание (Москва) и др. В 2011—2016 году входил в редакционный совет «Художественного журнала» (Москва).

Лауреат Всероссийского конкурса в области современного искусства «Инновация» (2010) и премии «Соратник» (2011, 2012). Был номинирован на международную премию Visible Award (2013).

Редактор антологии «Авангардная музеология» (V-A-C press, e-flux, Minnesota University Press, 2015).

Принимал участие в 13-й Лионской биеннале (2015), 8-й Люблянской триеннале (2016), 11-й биеннале в Кванджу (2016) и 9-й Ливерпульской биеннале (2016).

Работы Арсения Жиляева демонстрировались в Пале де Токио (Париж, 2010), Haus der Kulturen der Welt (Берлин, 2017), фонде искусства KADIST (Париж/Сан-Франциско, 2014), пространстве e-flux (Нью-Йорк, 2015), а также в центре De Appel (Амстердам, 2016), в Национальном музее современного искусства — Центре Помпиду (Париж, 2016), Государственной Третьяковской Галерее (Москва, 2012).

Работы находятся в коллекциях Tate Modern (Лондон), M HKA Museum (Антверпен), Kadist Foundation (Париж/Сан-Франциско), Izolyatsia Foundation (Киев), V-a-c Foundation (Москва/Венеция), ГЦСИ и ММСИ (Москва), а также многочисленных частных коллекциях в России и за рубежом.

Живет и работает в Москве и Венеции.

«Среда обучения» — это учебное заведение (бывший Университет истории культур), которое первым в России с 2003 года стало специализироваться на высшем дистанционном образовании. Мы успешно обучаем студентов по четырем направлениям: дизайн, дизайн интерьеров, иностранные языки и психология.
Хотите регулярно получать образовательные материалы «Среды обучения»? Подпишитесь на нашу рассылку! Отправляя свои контактные данные, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности